Строка новостей
Домой / Новости / 5-я годовщина бойни под Одесской ОГА: как это было и на какой стадии расследование

5-я годовщина бойни под Одесской ОГА: как это было и на какой стадии расследование

5 лет избиению участников мирного митинга и  журналистов экипированными титушками — «космонавтами» у Одесской областной государственной администрации.

Мы собрали воспоминания очевидцев — журналистов и пообщались с координатором инициативной группы «Группа 19-го февраля» Лидией Всеволодовной Ковальчук.

Для тех, кто своими глазами видел случившееся, это был шок. Никто и представить себе не мог, что такое возможно.

  • «Я пришла на мирную акцию и как журналист, и как поддерживающая взгляды проукраинских активистов. Странное чувство страха, что ты не можешь открыто заявить о своей позиции иначе огребешь. Это чувствовалось в толпе. Сразу оговорюсь, что я журналист интернет-СМИ, не привлекающий к себе внимания большой камерой, как телевизионщики, которые попали под раздачу. Когда набежали космонавты, а в толпе явно прозвучали антиукраинские тексты, я не сдержалась и начала парировать, завязалась перепалка, которая потом утихла. Меня не тронули, но я хорошо помню разбитый мотоцикл Марка Гордиенко, побитых журналистов, и наше всеобщее опустошение и онемение после произошедшего…», — рассказала Наталья Чернецкая.

Журналист Ростислав Баклаженко также был 19 февраля 2014 года под стенами Одесской ОГА. Он предполагает, что со стороны тогдашних одесских властей это был «неудачный эксперимент», поскольку, к счастью, больше подобное не повторялось.

  • «Я оказался там по профессиональной причине, как журналист освещал обычный, как казалось на тот момент, митинг. Была запланирована акция в связи с расстрелами в Киеве. Люди вышли выразить протест. Когда я пришел туда, участников было мало, как евромайдановцев, так и сепаров. Ничто не предвещало беды. Довлатов резал себе вены, Давидченко пришел со своими ребятами и был довольно мирно настроен. Потом пошли слухи об автобусах с титушками, скрывающихся в районе проспекта Гагарина. Я пошел их поискать. Когда я вернулся, никого не найдя, стало больше людей. И тут приехали эти быки. Напали не сразу, наверное, их инструктировали. Они стояли, что-то кричали. Потом напали…»

По словам Ростислава, это событие задало новый формат противостояниям в Одессе. Если до этого каких-то особо запоминающихся драк между сторонами не происходило. Но здесь вдруг появились «профессиональные титушки». Организованные и хорошо экипированные. В дальнейшем в драках такие не участвовали, но были члены «Антимайдана», вооруженные битами, в касках.

«Я не знаю, что они хотели доказать этим, избив журналистов», — говорит Ростислав Баклаженко.

Активистка Валентина Мазепа вспоминает:

«19.02.14. Одесса. ОГА. У меня до сих пор флаг не выстиран от чьей-то крови, шла из разбитой головы. И еще очень запомнился испуганный неистовый крик молодой женщины-девушки, стоявшей на лестнице ОГА с ребенком годков 3-х. Правда ее тогда кто-то вытолкнул сбоку в елки, растущие там».

Работавший в 2014 году фотокорреспондентом, а позже пополнивший ряды ВСУ, Виктор Кравченко рассказал, что 19-го февраля пошел под ОГА без фотокамеры и журналистского удостоверения — выразить свою гражданскую позицию. На тот момент от верил, что удостоверение и камера — это некая защита. После событий 19-го февраля стало ясно, что у журналистов стать объектом нападения шансы даже выше.

  • «Повергло в шок «нашествие». Организованное нашествие этих «космонавтов». Особенно поразило то, что они словно ждали команды на штурм. Милиция как-то вяло их сдерживала, словно договорились о чем-то. Интересными были действия тогдашнего главы ООГА Николая Скорика. Когда он вышел к активистам. Как такового и разговора-то не получилось, потому что ответить ему было нечего. Космонавты, в свою очередь, будто ждали чтобы Скорик ушел. И как только тот исчез в дверях здания, экипированные титуханы набросились избивать присутствующих. Помню, что кто-то там хотел использовать пожарные брандспойты из здания ОГА против титушек, но то ли там не оказалось напора то ли еще что-то, но они не были задействованы», — рассказывает Виктор.

В качестве журналиста государственного телевидения приехала на место событий Алена Фомич. По ее словам, очень сильно досталось журналистам телеканала «Круг», оператору «1-го городского». Многие сильно «надышались» газом. У операторов и журналистов были разбиты головы.

  • «Я приехала с оператором, которому было лет 70. Меня отправили на мирный митинг евромайдана. Было человек 50 активистов. Позже стал подтягиваться Антон Давидченко. С транспарантами. Надписей я уже не помню. Я, кажется, даже у Скорика взяла интервью — он вышел в этот момент. Он очень быстро ретировался. И вот в этот момент, когда он уже собирался уходить, но еще не ушел, на площади перед входом стали собираться молодые люди в шлемах «космических». В черной одежде, без опознавательных знаков, в руках у них были дубинки. У всех. С другой стороны стоял 168-й автобус. Со стороны проспекта Шевченко, так може был автобус», — рассказывает Алена Фомич.

По ее словам, стояли титушки организованными группами, квадратиками, как военные, очень ровно. У группы госТВ была очень старая камера и из нее было сложно выдернуть микрофон. Пользуясь этим, журналистка «потащила за собой» оператора… Позадавать вопросы титушкам. До такой степени на тот момент «ничто не предвещало» бойни.

  • «Я ему говорю: «А сейчас мы пойдем брать интервью у титушек». И на полусогнутых ногах он со мной пошел. Мы подошли к этим ребятам. Стали задавать им вопросы. Они что-то промямлили. И я отошла в сторону. В какой-то момент мы сбоку стояли. И вдруг, как по щелчку лавиной они хлынули туда, ко входу в здание. Где стояли активисты евромайдана, вся пресса. А я осталась со стороны. Оператор тут же запрыгнул к водителю в машину и они уехали. А я осталась стоять. Я стояла в зеленой зоне просто в шоке… Они хлынули лавиной и избивали всех дубинками. Просто без разбору. На моих глазах набросились на фотокорреспондента. Его собирались избить дубинками. Но тут появилась эта «активистка» куликового поля — Нинка Баррикада. Она командовала процессом! Она бегала бодренько и командовала, кого бить, а кого не трогать. И на фотокорреспондента вдруг показала, сказав, этого не трогать», — говорит журналистка.

Титушки избивали активистов и журналистов. Разбили мотоцикл, крушили машины. Разлетались куски. Это продолжалось долго. Было страшно, крики, слезоточивый газ… Потом титушки, также организованно, как пришли, собрались и ушли.

  • «Я уже без оператора была. Ходила и в шоке смотрела на разбитые головы. Потом меня вызывали на допрос. И я все это рассказала подробно. И про Нину Кочановскую («Баррикаду»), которая командовала молодчиками. И на этом все заглохло. Только один раз я ходила давать показания. Мне «не прилетело» только потому, что я оказалась в стороне в этот момент», — рассказывает Алена Фомич.

Но не все так плохо, не все безнадежно и «глухо» с расследованием и судебным процессом, уверяет координатор инициативной группы «Группа 19-го февраля» Лидия Всеволодовна Ковальчук.

По ее словам, благодаря вниманию прессы и общественному резонансу, дело не безнадежно.

  • «Следствие прокуратуры Одесской области продолжается. Сейчас готовится очередной фрагмент дела, который будет передан в суд. Сказать, что дело закрыто, все приостановлено — нельзя. Это будет не правда. Насколько оно интенсивно, насколько оно активно и глубоко — это другой вопрос. Уже пять лет прошло и годы сказываются не только на нас, но и на следственных органах. Тем не менее, следствие продолжается. Это положительный результат. Я абсолютно уверена, что если не будет общественного интереса и интереса прессы к этим вопросам, то естественным путем это дело закрылось бы, как нераскрываемое в принципе. Там же был этот аргумент, что все в шлемах, никого не видно и ничего сказать нельзя», — рассказывает Лидия Ковальчук.

Именно после таких аргументов и появилась инициативная группа, которая по сей день сопровождает процесс.

Более сложный и более проблемный вопрос — ситуация в суде. на сегодняшний день в суд передано три эпизода. Три фигуранта уже стали подсудимыми. Это Орлов, Клевцов и Замфиров. Но из-за особенностей процедур и тонкостей уголовно-процессуального кодекса, дела не могут сдвинуться с мертвой точки.

По первому делу недостижим один из потерпевших. Он уехал в Израиль. И без него нельзя провести даже подготовительное заседание суда. Он должен присутствовать физически или заключить договор с адвокатом. У группы есть адвокат, работающий на общественных началах. Это Денис Кешкентий. Но без оного из потерпевших уже третий год рассмотрение дела не может начаться.

По двум другим делам меньшее количество потерпевших.

  • «Я вынесла соответствующий урок. И прокуратура тоже сократила количество потерпевших. Когда еще шло следствие, я интенсивно старалась приводить все новых и новых участников, пострадавших, настаивала на том, чтобы их признавали потерпевшими. Мне тогда еще следователи говорили, что это не правильно, потом собрать этих людей будет практически не реально. Опытные люди говорили, а я считала, чем больше у нас будет реальных фамилий, имен, установленных личностей потерпевших, тем более это будет резонансный процесс. Оказалось, что это стопор», — рассказывает Лидия Ковальчук.

По двум другим делам шансов уже больше. Там меньше потерпевших и они все в Одессе. Они есть в договоре с адвокатом. Эти дела постепенно движутся. Но если первый обвиняемый полностью признал свое участие в избиении и свою вину, то последний категорически отрицает свою вину. Процес не сведен к нулю, но надежд на завершение его в обозримом будущем пока нет.

Про Redactor

Проверьте также

Сергей Дябло: «Чтобы стабилизировать ситуацию с кадрами, нужна правильная государственная политика»

Ежегодно в Одессе растет количество высоток, что вызывает негодование у большинства местных жителей. Люди недовольны …

2 комментария

  1. Best India Viagra And Price Women Taking Propecia Treatment Venta Cialis Original viagra Where I Can Buy Cialis

  2. Lasix Rezeptfrei Kaufen canadian pharmacy cialis Anaphylaxis To Amoxicillin Generic isotretinoin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *