КАК ПРЕКРАСЕН ЭТОТ МИР! ПОСМОТРИ!

Окружающий нас мир… Он прекрасен и удивителен в каждом своем проявлении: зимой и летом, когда опускается на него ночной мрак или заливает его яркое солнце, накрывают тревожные черные облака или за­сыпает снег.

Неповторимая наша Земля. К сожалению, мы, дети ее, воспринимаем ее дары как что-то само собой разумею­щееся и часто не замечаем ее красоты. Вот вышли из дома и смотрим только — нет ли дождя, идем по улице — не видим ничего, кроме луж, которые надо обойти…

И только некоторые успевают заметить луч солнца в мини-озерце, собранном помятой консервной банкой, улыбнуться веселому воробью-кавалеру, на полном серьезе обхаживающему серенькую даму сердца, вос­хититься оперным театром, отразившимся в боковом зеркале автомобиля, и запечатлеть увиденное кистью, пером или фотокамерой…

Интересная выставка фоторабот состоялась в сен­тябре минувшего года в Одесском музее западного и восточного искусства на улице Пушкинской. Выставка, естественно, была с уклоном в одесскую тематику — оригинальную и удивительно своеобразную.

В одной из номинаций — «Архитектурные жемчужи­ны» — победителем стал Игорь Сытник. Эта работа не оставила никого равнодушным. Долго не хочется отры­вать взгляд от такого редкого для Одессы неяркого дня со спокойным небом и неожиданно выпавшим снегом, засыпавшим снизу доверху Потемкинскую лестницу. И через весь этот белый нотный стан, образованный ступеньками и огражденный черно-белой графикой де­ревьев, — поднимающаяся к Дюку протоптанная в снегу дорожка. Под этим оригинальным снимком — подпись: «И к памятнику тонкая тропа».

Сразу понимаешь, что снято это незаурядным масте­ром, умеющим заметить прекрасное в самом обыденном.

Фамилию Игоря Сытника увидела и под другими интересными работами: «Утро», «Оперный глазами таксиста», «Непривычный ракурс». В каждом сюжете — поэзия, а в каждой работе — любовь к Одессе.

Запомнила не только снимки, но и фамилию фотома­стера. Естественно, захотелось узнать об Игоре Сытнике побольше. А тут и случай представился.

6 декабря в Болгарском культурном центре откры­лась очередная фотовыставка работ Одесской фотогра­фической ассоциации и городского клуба фотографов «Фотон-2». Такие выставки, как эта, дают возможность не только напомнить о себе именитым мастерам, но и заявить о себе молодым.

Свои работы на суд зрителей и строгого жюри вы­ставили 63 автора. Очень много было интересных, авангардных работ, и вместе с тем немало, так сказать, классических, наполненных романтикой той Одессы, которую лучше всего можно рассмотреть через объектив фотокамеры.

И в этот раз надолго застыла перед уже полюбив­шейся мне заснеженной Потемкинской лестницей Игоря Сытника… И конечно же, очень обрадовалась, узнав, что он стал обладателем гран-при фотоконкурса «Снимок года-2011».

Естественно, захотелось поговорить с автором снимка «И к памятнику тонкая тропа», более подробно узнать, что значит для него победа в этом достаточно престижном конкурсе.

Наконец удалось обнаружить его в толпе поклонни­ков и попросить ответить на несколько вопросов.

— Игорь, для вас сегодняшняя победа старт или финиш?

— Я надеюсь, что старт. Ведь конкурсов проводится немало, и участие в них — это своеобразный экзамен. Сдал — значит стал на ступеньку выше. А таких ступе­нек много. Естественно, хочется хотя бы часть из них преодолеть.

— И сколько?

— А это как хватит умения и амбиций.

— К черно-белой фотографии не хотите вернуться? Особенно для портретов?

— Да, черно-белый снимок дает воз­можность более четко акцентировать внимание на глазах, абрисе лица, тоньше передает суть человека…

— То есть, свет и тень рисуют человека?

— Пожалуй, да. Но цвет не всегда по­могает.

— Когда смотришь на увиденную ва­шими глазами Одессу, кажется, что рас­сматриваешь картины старых мастеров, в основном, акварелистов. Вы специально к этому стремитесь?

— Да, я стараюсь, чтобы мои работы на­поминали картины. Причем хочу показать Одессу праздничную.

— А как же пресловутая «правда жиз­ни»? Бомжи, несчастные дети, разрушен­ные дома, брошенные животные.

— Для всего этого есть своя ниша, но моя тема — красота Одессы.

— В том числе и крыши, которых на ваших фото немало. Откуда такая любовь к ним?

— В детстве я любил с друзьями лазить по крышам, ко­торые были для нас своеобразными игровыми площадками. А уж если за нами увязывались девочки, то крыши превращались в цирковые арены. Сколько опасных трюков мы там выполняли!.. Вспомнить страшно!

— Оттуда, от крыш, видимо, и ваша любовь к небу, облакам. На ваших фото­графиях такие облака!

— Да, облака я люблю. Но ищу в их очертаниях не разные фигурки, а харак­тер, настроение. И перед выходом на фотоохоту обязательно смотрю на небо, определяю его характер и настроение. Ищу улыбчивые облака.

— Как здорово сказано: улыбчивые облака!

— Да, ведь когда они хмурые, пе­чальные, радостной Одессы не увидишь.

— Сейчас, благодаря «цифровикам», многие любители «нащелкивают» сотни кадров, а уже потом отыскивают в их числе несколько удачных. Вы так же поступаете?

— Нет. Я перед тем, как заняться съемкой, заранее намечаю план, думаю, что и как буду снимать. Могу просто пойти, посмотреть на запланированный «объект», как я называю «в разведку». И только потом снимаю, делая три-пять кадров.

— А как же вдохновение и тот самый спонтанный случай, когда говорят, что человек с камерой оказался «в нужном месте в нужное время»?

— Бывает и так. Например, снимок «И к памятнику тонкая тропа» сделан именно так. Проезжал мимо По­темкинской лестницы после снегопада. Увидел, понял, что это то, что мне надо. Вернулся домой за камерой и снял.

— Правда ли, что фотографов называют «ленивыми художниками»? И почему?

— Я бы еще добавил — и художниками, не умеющими рисовать красками. Моя палитра — объектив. А насчет «ленивых художников», то, думаю, именно они и при­думали фотографию. И очень хорошо сделали. Ведь если бы не искусство фотографии — история человече­ства была бы гораздо беднее. А так, скольких людей, я скажу простых людей, а не сильных мира сего, которых в основном изображали живописцы, мы, их потомки, лишились бы. Наши прадеды с семьями, напряженно ждущие «вылета птички» из объектива, новобранцы, идущие на войну, голенькие младенцы, позже ставшие нашими дедушками и бабушками, их дома, ныне не существующие. Это и есть наши семейные летописи. Надеюсь, и я запишу туда несколько фотострочек.

— Успеха вам в этом деле!

— Спасибо!

Беседовала Елена КАЛИТА.